73.5$ 89.3€
-7.7 °С

«Всё идёт в дело»: как работает петербургское предприятие по утилизации опасных отходов

25 ноября 2020 | 12:00| Петербург зеленеет

Что происходит с бытовой техникой и ртутными лампами, которые попадают в систему утилизации опасных отходов? Корреспондент «Диалога» посетил базу ГУП «Экострой» в Красносельском районе Петербурга, чтобы выяснить, как работает давно налаженный в городе комплекс обращения с этими предметами.

Уйти, чтобы вернуться

Государственному предприятию «Экострой» – 30 лет. Оно занимается самыми разными видами деятельности – от содержания городских водных объектов до экологических изысканий, от судостроения до лабораторных исследований, но среди важнейших его задач – ликвидация химических загрязнений и утилизация опасных отходов, то есть – фактически предотвращение тех же разливов ртути. И всё это – часть большого комплекса природоохранной работы, которая может начинаться с каждого горожанина.

«Проблемой переработки занимались очень успешно и в Советском Союзе. Все – и пионеры, и пенсионеры – были вовлечены в деятельность по сбору отходов: и макулатуры, и железа, чтобы всё шло на вторичную переработку. Причём делалось это не только как средство получения дополнительного экономического роста: сейчас много говорится о зелёной экономике, о циркулярной экономике, и это очень важно, особенно – в условиях сокращения ресурсов. В экономических реалиях, существующих сейчас, без этого не прожить, за этим – будущее, и это, думаю, будет чётко прописано в нашей экономической доктрине», – рассказал председатель комитета по природопользованию Денис Беляев.

Для начала напомним, что «Экострой» до февраля 2018 года был фактическим «мотором» городской системы обращения с опасными отходами, которая считалась (в том числе – в выступлениях городских властей) одной из лучших в стране. Затем полномочия по работе с этими материалами были переданы из ведения комитета по природопользованию (которому подотчётно это предприятие) в комитет по благоустройству. Отлаженную систему пришлось сломать и создать новую. «Экострой» по-прежнему занимается переработкой оргтехники и ламп, срочной ликвидацией химических загрязнений (в том числе ртутных), очисткой городских водных артерий… Вагончики-экопункты, пропавшие с городских улиц зимой 2018 года, по-прежнему ждут своего часа на стоянке предприятия. Час этот, как мы уже писали недавно, вскоре может наступить.

Бытовой экоцид: что в хозяйстве не подлежит переработке

«Были приняты некие управленческие решения, которые показали свою определённую несостоятельность – надо честно об этом сказать. Мы готовы в эту сферу вернуться, используя свой опыт, знания и мощности», – прокомментировал Беляев ситуацию.

По его словам, предприятие «Экострой» уникально: единственное на Северо-Западе с подобной мощностью по переработке отходов. Оно не только работает на благо Петербурга, но и помогает другим регионам, в первую очередь – Ленинградской области.

«У нас есть мощности для того, чтобы расширять работу и с физическими лицами, и с юридическими. Мы можем нарастить объёмы, даже не используя дополнительные финансовые средства. Но это вопрос не экономики предприятия, а экологической безопасности города – если где-то образуется лучшая модель управления потоками отходов I и II классов, то везти их есть куда. А ведь у многих субъектов Федерации, в том числе наших соседей, такой возможности просто нет – им нужно эти мощности создавать, либо же мы готовы им помочь», – указывает Беляев.

Дальнейшую перспективу расширения работы «Экострой» видит, в первую очередь, во взаимодействии с федеральным оператором системы по обращению с опасными отходами. При этом глава комитета по природопользованию отметил, что его ведомство выступает против возможного акционирования (и тем более приватизации) ГУП, так как предприятие исполняет в первую очередь функцию защиты населения, и ставить его работу (к которой относится в том числе и аварийная ликвидация разливов ртути) на коммерческие рельсы было бы неразумно.

«Полезные вещества можно отделить, и это будет рентабельно»

На базе «Экостроя» работают, в первую очередь, с бытовой электроникой и ртутными лампами. В одном из цехов отслужившие своё компьютеры, принтеры, мониторы и прочие офисно-домашние приборы разбирают на составные части – металл корпусов, пластик кожухов, стекло, провода, лом печатных плат. Рабочие применяют для этого гидравлический инструмент, не особо церемонясь с техникой – хотя значительная её часть, как пояснили сотрудники, при сдаче на переработку теоретически ещё вполне пригодна к использованию. Впрочем, за существование в мире победившего потребления, в котором менять «Айфон» принято каждую пару лет, нужно платить увеличением количества электронного «мусора». Об этом нечасто задумываются при покупке «гаджетов», но разгребать завалы «устаревшей» или сломанной техники приходится в первую очередь государству, так как большой прибыли на этом поприще не получается. Однако нельзя этот процесс назвать полностью невыгодным.

«Чем больше предметов обихода, выбывших из строя, потерявших потребительские свойства, поступит на переработку, тем меньше они будут попадать в окружающую среду и вредить ей. Особенно это касается элементов питания и различной оргтехники – они потенциально содержат в себе опасность для окружающей среды, а разбитые термометры и батарейки – это особо опасные отходы. К ним нужно относиться с должной степенью ответственности и понимать, что, просто выкидывая их куда-то в мусорное ведро или вообще в естественную среду, мы наносим непоправимый ущерб природе. Механизмы, которые существуют здесь, служат для безопасной поэлементной разборки и направления на дальнейшую переработку приборов, которые нас окружают. Есть полезные вещества, которые можно из всего этого извлечь и разделить на фракции – и это будет экономически рентабельно», – пояснил Беляев.

Круговорот киловатт: как продукты жизнедеятельности коров начали превращать в электричество и удобрения

При этом большая часть компонентов, из которых состоит современная техника, после переработки находит своего покупателя. Металл, стекло, инженерный пластик ABS (сополимер акрилонитрила с бутадиеном и стиролом), медь из проводов – ходовое вторсырьё. Дроблёные печатные платы направляют на аффинаж для извлечения металлов, в первую очередь – золота, серебра и платины, которые в больших количествах присутствуют в схемотехнике.

«Пластик мы можем измельчать до двух фракций – крупной и мелкой. В дальнейшем мы передаём их на вторичную переработку предприятиям, использующим это вторсырьё. Спрос на него есть, продаётся он быстро и легко; объёмы не очень большие, но при нынешней загрузке по 10 тонн в год получается. Из пластика делают, например, мебель, ёмкости, мусорные контейнеры. Аффинажем мы не занимаемся, да и у нас нет лицензии [на работу с драгметаллами] – но в Петербурге есть завод, куда мы отправляем платы. Всё, что мы получаем, идёт в дело», – рассказала заместитель генерального директора ГУП «Экострой» Юлия Самсоненко.

За 2017 год – последний, когда осуществлялась работа старой системы сбора и утилизации опасных отходов – предприятие переработало 120 тонн оргтехники. Сейчас показатели уменьшились вдвое – по озвученным выше причинам.

«Ртуть – тоже ценный вторичный ресурс»

Наконец, ещё один «больной» вопрос экологии (и сфера ответственности «Экостроя») – это переработка люминесцентных ламп. Как известно, эти светильники содержат люминофор, в который входит ртуть, вещество первого (высшего) класса опасности. Электрический разряд в парах этого металла создаёт ультрафиолетовое излучение, которое преобразуется в видимый свет с помощью люминофора, состоящего из галогенфосфатов (например, металлов II группы: в первую очередь кальция и цинка). Большая промышленная установка, в которую лампы загружают большими «вязанками», позволяет испарять ртуть и конденсировать её в герметичных сосудах. Затем проблемный элемент отправляется на заводы, где поступает в повторный оборот – например, для производства химических реактивов, диагностических приборов и всё тех же ламп. Очищенный таким образом порошок люминофора может использоваться как наполнитель в производстве строительных материалов.

«Лампы нужно утилизировать специальным образом – чем мы и занимаемся. Лампа проходит по системе молотковых дробилок и шредеров; в системе находится вакуум, с помощью которого опасная смесь люминофора с ртутью концентрируется в особую ёмкость. На первом этапе происходит их дробление с извлечением безопасных компонентов – стекла, алюминия цоколей, которые собираются в другие ёмкости. На выходе получаются ценные вторичные ресурсы – металлическая ртуть, стеклобой (уже полностью безопасный для окружающей среды) и бой алюминия, который спокойно можно отправлять в металлопереработку», – пояснила Юлия Самсоненко.

Из 30 тысяч ламп получается одна маленькая баночка с чистой ртутью: 100 миллилитров. Впрочем, эта ёмкость объёмом в половину бытового стакана весит целых 1,3 килограмма, так как ртуть в тринадцать раз плотнее воды. Если бы этот объём металла попал в окружающую среду – и неизбежно был бы разнесён водой – то заражённой оказалась бы территория в несколько десятков квадратных километров.

«Записываемся на ноготочки»: как nail-индустрия вредит окружающей среде

Раньше – до 2017 года – на заводе ежегодно перерабатывалось 2,5 млн люминисцентных ламп, теперь – примерно миллион. Причина – опять же в изменении системы сбора опасных отходов. В комитете по природопользованию не критикуют прямо «новый» (на самом деле, существующий уже около трёх лет) механизм, но не могут не подтвердить, что определённые проблемы создают экобоксы, помещать в которые длинные люминисцентные лампы запрещено в силу конструкции, но горожане часто пытаются это сделать. Результат оказывается «немного предсказуемым».

«Часто аварийные вызовы происходят там, где эти лампы бьются, где не совсем правильно осуществляется их сбор», – пояснил Денис Беляев.

Специалисты «Экостроя» оценили число ежегодно образующихся в Петербурге отработанных люминисцентных и «энергосберегающих» ламп в 5 млн штук. Часть их отправляется на переработку другим операторам (в том числе – в иные регионы: скажем, в Ярославскую область), но даже с учётом этого количества получается, что значительная часть светильников оказывается на свалках. там лампы зачастую бьются, а в окружающую среду свободно выделяется ртуть (в каждой лампе её от 15 до 70 мг). Поэтому расширение сети сбора опасных отходов – так, чтобы горожане могли сдавать потенциально вредоносные предметы и материалы с удобством для себя, не тратя на это много времени и сил и не преодолевая препятствий – является важнейшей задачей для городских властей.

Илья Снопченко / ИА «Диалог»

Загрузка...
Ваш email в безопасности и ни при каких условиях не будет передан третьим лицам. Мы тоже ненавидим спам!