73.8$ 86.8€
13.21 °С
Новости Все новости

Synergy Orchestra: Если наша музыка может кому-то помочь, мы просто обязаны ее играть

01 апреля 2014 | 19:59

Synergy Orchestra – необычный классический оркестр, существующий в Санкт-Петербурге уже три года. Это молодые музыканты, которые играют классическую музыку и современные песни в оркестровых обработках. Сейчас Synergy Orchestra участвует в записи альбома группы SunSay. «Диалог» поговорил с основателями и идеологами оркестра Ильей Теном и Дмитрием Саетовичем о привычке и любви к классической музыке, актуальности классики, группе «Кровосток» и мировом господстве.

У вас в оркестре 12 человек. Как вы все объединились?

Илья Тен: Мы собрались не случайно. Тогда у меня было желание создать собственный ансамбль, чтобы реализовывать музыкальные идеи, и когда Дима мне предложил собрать оркестр, я сразу согласился. Я чувствовал, что это необходимо.

Дмитрий Саетович: Мы с самого начала старались звать в оркестр приятных людей. Поскольку коллектив маленький и существует по большей части на инициативных началах, очень важно, чтобы в нем была правильная атмосфера. Главное, чтобы новые люди, которых мы приглашаем, сразу окунались в эту атмосферу. Они должны чувствовать, что это не обычный оркестр, где собираются люди, которые не имеют друг к другу отношения, а коллектив, где все занимаются совместным творчеством. У нас нет дирижера, который рассказывает, как нужно играть, мы вместе находимся в этом поиске. Наш круг общения – это не только классические музыканты. Мы общаемся и с рокерами, и с джазовыми музыкантами. Это все отпечатывается на нашей концепции, на нашей трактовке музыки и на составе Synergy Orchestra.

Какие свойства синергии появляются при соединении талантов всех музыкантов вашего оркестра?

Саетович: У нас очень разные музыканты. Например, контрабасист Антон Кобельский – фронтмен известной поп-панк группы BZIK. Он очень крутой музыкант, играет в лучших оркестрах Петербурга, при этом у него красные волосы, он постоянно опаздывает, ведет себя как панк. Но он очень любит классическую музыку и разбирается в ней. Из-за того, что он занимается разной музыкой, у него свой подход, и он делает свой вклад в наше творчество. Семен Гуревич занимается рагга-джанглом и электронной музыкой, и это тоже помогает нашему творчеству. Помимо этого он самостоятельный музыкант, солист, скоро будет играть с Гидоном Кремером.

Мне кажется, синергия как раз в том, что совершенно разные люди собрались и объединились идеей сделать коллектив, не имеющий никаких аналогов. У нашего оркестра есть чудесная особенность: на концертах музыканты испытывают практически оргазмические ощущения. Слушатели тоже это чувствуют, и происходит сумасшедший обмен энергией. Я не знаю, как это объяснить. Люди каждый раз отмечают именно атмосферу, которая создается на концертах. Может быть, это происходит потому, что большая часть музыкантов в курсе, что такое артист, и что на сцене он должен отдавать всю свою энергию.

Почему за основу репертуара вы взяли классику?

Саетович: Мы все имеем академическое образование. Таким образом мы отдаем дань своему многолетнему образованию.

Тен: Серьезно? Я думал, ты просто классику любишь. Я вот просто люблю классику.

Саетович: Ты просто с 12 лет занимаешься музыкой, а я с 4 лет.

Тен: То есть у вас уже не любовь, а братские отношения.

Саетович: Я бы даже сказал, привычка. Хотя мне очень нравится. Постоянно открываю для себя что-то новое. Недавно мне открылась барочная музыка. Раньше я не понимал, что там происходит, хотя это считается основой и простой музыкой.

Классика актуальна в наши дни?

Саетович: Я считаю, что да. Нужно просто правильно ее подавать, готовить слушателей.

Тен: Мы считаем, что люди в зале должны быть предрасположены, открыты для того, чтобы слушать разную музыку и воспринимать ее остро. На последнем концерте в Петрикирхе мы совместили барочную музыку и оркестровые версии современных песен. После этого мне сказали: «Когда вы песни играли – это ладно, но когда вы жару давали в финале Баха – это было круто!». Я понял, что человека действительно зацепило.

Если молодым людям предложить послушать Баха или Вивальди, то они подумают, что это нудятина, а на концерте ни на секунду не чувствуется такого отношения к классике. Это радует. К примеру, есть Ария Баха. Это очень известное произведение. Она длится около пяти минут. Если перед этим произведением человека настроить на то, чтобы он подумал о людях, которых уже нет с ним рядом, и которых бы он хотел видеть, то ему уже совсем не до скуки. В этом случае произведение приобретает для него личную ценность, и он получает собственное ощущение. Сейчас мы над этим работаем. Из-за того, что мы сверх меры дерзкие ребята, в том числе в плане сценической деятельности, мы постоянно работаем над тем, чтобы вскрывать людям головы. Я считаю, что любую музыку вплоть до современного авангарда можно подавать так, что слушателям будет интересно, потому что они будут понимать, о чем думать в этот момент. Неподготовленный человек может потеряться в этой музыке.

То, что вы играете и современную музыку тоже, связано с желанием быть интересными для молодежной аудитории?

Саетович: Честно скажу, это поиск коммерческой реализации нашего творчества. Мы в поиске компромисса.

Тен: Во время исполнения современных композиций я никогда себя не ловил на мысли, что мы играем что-то на порядок хуже классической музыки.

Саетович: Когда у нас возникает ощущение, что что-то не так, мы просто не исполняем это. Перед последним концертом было заявлено, что мы будем играть песню Sigur Ros в оркестровой версии, но на репетициях мы поняли, что то, что мы сделали, никуда не годится. Сразу выбросили ноты и забыли об этом.

Как вы относитесь к современной популярной музыке?

Тен: Я с супругой хожу на трэп-вечеринки. После дабстепа появилось такое направление электронной музыки. Это уже не музыка практически: там бас и какие-то сэмплы вставлены. Это интересно. Мы хорошо относимся к хорошей музыке и плохо к плохой. В любом произведении, в том числе современном, можно услышать, когда это талантливо сделано.

Саетович: Хочется слышать, когда происходит что-то интересное, талантливое, когда человек своим творчеством пытается себя проявить, а не просто использует штампы. Я вот люблю группу «Кровосток», у них интересные стихи и очень качественные минуса. Хотя неподготовленный человек не сразу поймет, что это такое.

Как вы видите будущее коллектива? Чего хотите достичь?

Саетович: Мирового господства. Это самое конкретное из всего, чего мы хотим достичь. А вообще много всего. В ближайшем будущем SunSay предложил записаться на его новом альбоме. В то же время такие дирижеры как Юрий Симонов, Иван Фишер предлагают нам сотрудничество. Это серьезные личности в музыкальных кругах. Мы сотрудничаем с петербургскими солистами, которые живут за границей и практически не приезжают в Россию. Но когда мы их зовем, они соглашаются. То есть такая деятельность по возврату талантов на родину.

На ваших концертах классическая музыка нередко сочетается с выступлениями современного балета, диджеев. Для чего это нужно?

Саетович: Скоро у нас будет новый такой проект. Я недавно был в Израиле, там очень развит современный балет и контемпорари. Я общался с танцорами, и скоро они приедут сюда. Мы будем готовить с ними постановку. Наш оркестр будет заниматься контемпорари-дансом, чтобы проникнуться, а танцоры будут заниматься с нами музыкой. Я не знаю, сколько это продлится, но по идее должно получиться что-то крутое. Эти чуваки делают очень крутые вещи.

Откуда у вас тяга к таким сочетаниям?

Саетович: Просто у нас есть такая возможность. Например, три года назад мы репетировали в арт-мастерских «Кухни». Там была школа современного балета Bye Bye Ballet. Мы познакомились с хореографом Лилией Бурдинской, сделали на первом же концерте небольшой перфоманс под музыку группы Kraftwerk. Нам постоянно хочется пробовать что-то новое, не хочется играть одни и те же программы или просто стоять на сцене. Хочется развиваться. Мне кажется, сочетание языка тела и музыки – это интересно, особенно если музыканты будут в это все врубаться. Это в любом случае способствует профессиональному росту, потому что такого не делает никто, и это тоже один из мотиваторов.

Вы часто участвуете в благотворительных концертах. Почему?

Саетович: Приятно, что есть возможность помочь кому-то тем, что мы делаем.

Тен: Просто мы благотворители. Сейчас я думаю о том, как на каждый наш концерт привлекать детей или взрослых с ограниченными возможностями. Я уверен, что это им будет интересно и, скорее всего, даже полезно. Мы делаем музыку и ее должны слушать люди, а если она может кому-то помочь, мы просто обязаны ее играть.

Кто ваша публика?

Тен: На концерты ходят абсолютно разные люди. Сейчас мы пытаемся понять, кто наша целевая аудитория. Выяснилось, что на наши концерты ходят мужчины и женщины от 10 до 80 лет, одинокие, парные, — в общем, все, кто только может. Это очень здорово, потому что доказывает, что мы занимаемся делом, у которого нет границ.

Саетович: Пока не возникало ощущения, что это никому не интересно. На концерт, который рекламировался исключительно «ВКонтакте», пришли 400 человек. На классический концерт. В церковь. Однажды приходил директор Русского музея. Не знаю, кто их приглашает, но приходят абсолютно разные люди. Это стимулирует работать больше. Конечно, это усложняет процесс. Когда идешь в одну сторону и долбишь в одну точку, это проще, чем, когда тебе приходится двигаться в разных направлениях.

Беседовала Маша Всё-Таки / ИА «Диалог»

Загрузка...
Ваш email в безопасности и ни при каких условиях не будет передан третьим лицам. Мы тоже ненавидим спам!