2 °С
Новости Все новости

Стеклодув: В нашу профессию идут люди творческие

28 сентября 2016 | 16:24| I like my job

Наш новый герой, Алексей – стеклодув. С 2009 года молодой человек работает в мастерской при Санкт-Петербургском государственном технологическом институте, где создает прочное и безопасное оборудование для химических опытов. В ящике его рабочего стола – научная литература, в помещении мастерской – многочисленные колбы и пробирки, среди которых «цветет» стеклянная роза на высокой ножке. В интервью «Диалогу» Алексей рассказал, почему в стеклодувы идут «по любви», возможно ли «воскресить» разбитый бокал и почему китайское стекло может быть опасным.

«Чувствую себя творцом»

Я пришел к профессии стеклодува с Людмилой Алексеевной (мастер-стеклодув – прим. ИА «Диалог»), которая по совместительству еще и моя мама. Она привозила меня сюда, и я с ранних лет видел все это производство, но конкретной цели работать здесь в будущем не было. В мастерскую я попал после армии. Вообще я повар-кондитер по образованию, но на работу меня не брали: стаж нужен. Людмила Алексеевна предложила мне поработать здесь, и вот с октября 2009 года, после дембеля, так и работаю. Работа очень интересная: занимательно, например, наблюдать за процессом, когда стекло переливается. Когда делаешь какой-то прибор, чувствуешь себя творцом. Почти каждый день студенты приносят нам разные эскизы. Очень интересно. Может быть, потому что я долго здесь нахожусь – не знаю. Стекло ведь как пластилин – из него можно лепить все, что угодно. Эта работа не монотонная и однообразная, здесь всегда есть что-то новое. Приборы мы изготавливаем разные, но в основном – химическое лабораторное оборудование (манометры, холодильники, колбочки), так как институт у нас химический. Работа нравится еще и тем, что здесь вуз рядом – находишься близко к умным людям, набираешься опыта, слушаешь советы. Если хочешь набраться опыта, то нужно находиться рядом с теми людьми, которые гораздо умнее тебя. К нам же приходят разные профессора, все время что-то рассказывают.

«Вторая жизнь» для «капризного стекла»

Время изготовления приборов всегда разное. Работа кропотливая – это не просто «взять и собрать». Здесь все вручную. Через мои руки много проходит. Приходят студенты, приносят на ремонт приборы, которые разбивают во время практикума. Мы их тут восстанавливаем. На самом деле, если у вас дома что-то разбилось, это не всегда нужно выкидывать – многие вещи можно починить. Так что не спешите выбрасывать. Конечно, если что-то разбилось вдребезги, то уже не соберешь. А если, допустим, отломался маленький кусочек – его можно припаять. Стекло в принципе не любит ни быстрого нагрева, ни быстрого охлаждения, а еще не любит повторные работы: когда припаиваешь заново, оно может треснуть. Капризное оно очень.

«Стеклодувному делу можно учиться всю жизнь»

Курсов по стеклодувному мастерству сейчас, к сожалению, никаких нет. Давным-давно на Дружной горке был завод, при котором были курсы, а сейчас чтобы пойти учиться на стеклодува – такого я не слышал. Когда я сюда пришел, меня прямо на месте обучали. Начал с малого: растягивал трубку, крутил ее, поджимал. Теперь я работаю полноценно, но всего, конечно, не умею. Научиться стеклодувному делу нельзя: сколько люди работают, столько ему и учатся. Это старая профессия. Никто на нее не учит, никому это не надо, и государство наше почему-то думает, что стеклодувное дело не очень нужное. Только вот оно не понимает, что стекло – это единственный материал, через который проходят химические процессы. Оно держит большинство кислот, и его ничем не заменишь. И наука без стекла двигаться не будет. Сейчас гораздо проще и дешевле заказать стекло с площадки у китайцев, нежели прийти к нам, где мы все сделаем своими руками, а качество будет выше. У китайцев есть большой стеклодувный завод, вот только они отдают приборы без отжига. А у нас готовые изделия всегда проходят отжиг в печах – это когда мы ставит температуру в 595 градусов (600 градусов – это точка размягчения) и доводим стекло до определенного состояния. Делается это для снятия натяжения поверхности изделия, после чего можно давать большую гарантию, что оно не треснет. Наши изделия необходимо отжигать, потому что ребята ставят химические опыты: кипятят кислоты, работают с щелочью… Представьте, если все эти установки «рванут» — содержимое попадет в глаза. А так может произойти без отжига.

«Индивидуалом» быть не хочу – мне хватает работы»

«Индивидуальщиков», то есть тех, кто работают индивидуально, очень много. Мне хватает работы. Работать индивидуально – это тоже не просто взять и начать заниматься. Есть некоторые трудности – например, с кислородом. Его нельзя держать дома, а большинство «индивидуалов» держат – я вот так делать не рискну. В нашем кодексе написано, что держать в помещении, предназначенном для жилья, такие технические элементы нельзя. Должен быть отдельный гараж, оборудование, хорошая вытяжка. А у «индивидуалов», которые этим дома занимаются, скорее всего, кустарное производство.

От шариков – до десятилитровых колб

Всего у стеклодувов 6 разрядов, по которым определяется мастерство. Собирается комиссия из мастеров, которые оценивают, чего я достиг. Есть книга, где написано, что человек должен уметь, чтобы ему присваивался такой-то разряд. С огромными и тяжелыми колбами, например, я работать еще не могу, возможности получить шестой разряд сейчас чисто физически нет, потому что слабенький. Мастер шестого разряда, например, должен держать одной рукой десятилитровую колбу, а другой – шлиф для припаивания. Первый разряд – самая простая работа, например, надувать шарики, второй разряд – спаивать трубки. Есть еще работы с кварцем, но с ним занимаются вообще отдельные люди. Чтобы с ним работать, нужны очень большие температуры. Моя горелка, например, их не даст.

«Куда же без женщин?»

В мастерскую иногда приходят студенты, просят чему-нибудь научить. Говорят, мол, как интересно, тоже хотят заниматься. Один до сих пор приходит. Он дома что-то сам пытается делать, запаивает газы в колбы, которые потом светятся под электричеством. И девушки приходят тоже. Вообще, эта профессия не исключительно мужская: женщин у нас работает столько же, сколько и мужчин. Бывает, работа настолько тонкая, что мужчина со своими большими руками не может сделать изделие. В Мухинском училище есть наши коллеги-выдувальщики, которые в большие печи суют длинную железную трубку с наконечником, после чего вытаскивают оттуда ком стекла – вот это, может быть, более мужская работа, но и там есть женщины. Куда же без них?

«Не только колбы и пробирки»

В будущем я планирую остаться здесь. Так как я тут самый молодой и перспективный, мне кажется, что производство потом ляжет на мои плечи, потому как остальные работники – люди в возрасте. Самое главное – чтобы работа нравилась. Мне она нравится. В денежном плане тоже все будет нормально. Может быть, я останусь один, а может – здесь будут два или три человека. Сейчас штат заполнен, но со временем, когда сотрудники уйдут на пенсию, нужны будут молодые. Чтобы популяризовать профессию, нужно, наверное, больше рекламы. Но тянуться народ вряд ли будет: сейчас люди идут на ту работу, где платят больше денег, а не на ту, которая интересна. У кого душа к этому не лежит, ищут, где попроще и побольше заработать денег. Сюда идут люди творческие. Мы, кстати, делаем цветы из стекла. То есть не только колбы и пробирки. К нам иногда приходят экскурсии, я детишкам показываю: вот, мол, смотрите, дети, у меня есть похожая на бокал заготовка. И они радуются: «бокал, бокал!» А я беру — и из этого «бокала» делаю стеклянную розочку.

Беседовала Дарья Веркулич / ИА «Диалог»

Ваш email в безопасности и ни при каких условиях не будет передан третьим лицам. Мы тоже ненавидим спам!