Новости Все новости

«Сборная клоунов»: Клоун — это сгусток энергии, любви, эмоций, идей, потребностей

30 ноября 2015 | 19:51

«Портье», жонглирующий метелками, женщина-героиня, спасшая Малибу, и безнадёжно влюблённый – что общего в этих людях? Все они — персонажи клоунов, которые любят и умеют смешить. Что заставило их, таких разных и ярких, собраться в одном месте? Шоу «Два ведра», в котором артисты Ольга Скрипачева, Артем Малков и Петр Дементьев станут участниками. «Диалог» решил побеседовать с ними, чтобы узнать их главный козырь «в рукаве» и разобраться в «философии комического».

Из-за переноса шоу на 2 декабря Петр Дементьев не сможет принять в нем участие.

Ольга, в вашей официальной группе «ВКонтакте» сказано, что вы занимаетесь клоунадой женского рода. Какая она? И есть ли у клоунады вообще род?

Скрипачева: Я ведь женщина. Над чем я могу смеяться? Конечно же, над собой. Я женщина и шучу над женщинами. Женская клоунада отличается от мужской некоторой особенной спецификой. Если же говорить о клоунаде в целом, то рода в ней, в общем-то, как такового нет. Мужской, женский, средний… Клоунада – это такая категория, которая не поддается какому-то конкретному определению. Я рассказываю истории, основанные на моем опыте и опыте других женщин. И не только женщин.

Дементьев: Мне кажется, клоунада — это вообще не род. Клоунада не относится к роду. Просто к детям зашли и сказали: «клоун», а они такие: «да!», и получилась «клоунада».

Малков: Как в каждом мужчине есть внутренняя женщина, так и в каждой женщине есть внутренний мужчина. Клоунада как бы вбирает в себя оба эти понятия. Раз клоунада, как Земля и Вселенная — женского рода, возможно, в этом есть вполне обоснованное сравнение. Как во Вселенной рождается и развивается жизнь, так и клоунада рождает позитивные, радостные, воодушевляющие эмоции и свободу от напряжения. И уже в этом пространстве клоунады могут быть как мужские, так и женские проявления, поэтому, мне кажется, Ольга сделала очень интересное наблюдение, и этим она подчеркнула значимость, необходимость и самодостаточность именно женской клоунады.

Помимо такой гендерной особенности, чем еще уникальны шоу каждого из вас?

Скрипачева: Каждый клоун – это индивидуальность. Его можно представить как сгусток всего: энергии, любви, эмоций, идей, потребностей. То есть это уникальная маска, которая принадлежит только тебе. Никто в мире не может повторить и сделать так же, как ты. За этим стоит то, что такой клоун один.

Малков: Своей индивидуальностью выделяется каждый клоун.

Скрипачева: Да, то, что ты клоун, уже тебя выделяет. Ты автор своих представлений.

Как рождаются идеи номеров?

Скрипачева: Все номера, которые я делаю, придуманы мной. Значит, то, что мной придумано, во мне отзывается. В какой-то период жизни я хотела очень найти мужчину, чтобы «спасти» его. Или чувствовала, что я просто супервумэн и могу хоть в космос полететь. Бывают и лирические моменты в жизни, которые также отражаются в творчестве. Иногда в ход идет и музыка, ведь мое первое образование – это дирижёр академического хора.

Дементьев: Клоунада – это музыка души.

Малков: Музыка вообще, как и клоунада, способна отобразить любой аспект нашего существования. Также в определенной музыке мы можем обнаружить много юмора.

Скрипачева: Мне кажется, что музыка и клоунада – это два таких искусства, которые затрагивают душу изнутри. Человек слышит, воспринимает и не может описать. Я бы назвала это «моментом очищения». Смех, как и музыка, очищает, а клоуны работают для того, чтобы людям хотелось жить. В общем, философия такая, которая, кстати, в нашем творчестве тоже не последнее место занимает.

Какой у вас есть «туз» в рукаве для шоу «Два ведра»?

Скрипачева: Я бы сказала, что импровизация. Но хорошая импровизация всегда подготовлена. Самое главное и «козырное» в моем творчестве – это быть собой. Моя задача — показать, что клоуны – это такие же люди, как и все остальные. Кроме того, я известна как поющий клоун. Мое музыкальное образование, о котором я говорила, — это ещё один мой важный «туз».

Дементьев: Я тоже принесу с собой туз и положу его в карман. У меня спросят: «есть у тебя туз», и я его достану. Бубнового возьму.

Малков: Мы стараемся эти «тузы» отыскивать в себе и пространстве, потом собираем и культивируем их, чтобы в нужный момент достать и применить. Клоунам нужно уметь быть свободными и открытыми, чтобы уметь обнаружить этот «туз» в неожиданных для нас самих ситуациях.

Дементьев: На самом деле все клоуны очень харизматичные. Это и есть «туз» в рукаве. Клоун всегда выделяется, становится душой любой компании. Специально что-то с собой носить, прятать, заготавливать зачастую не надо. Все мы не первый день работаем, у всех есть какой-то багаж.

Вы сольные артисты, но вам предстоит работать в одной команде. Какие вы видите трудности и чего опасаетесь?

Малков: Я работал в клоунской программе в Китае, и там были только клоуны. Было интересное ощущение: они друг друга очень уважали, но при этом было трудно определить, чье направление более эффективно. Когда программа собирается из артистов музыкального и клоунского жанров, например, тогда гораздо проще, потому что все заняты в своей области. С клоунами так не бывает, и это абсолютно нормально, потому что должно быть разнообразие вариантов. Каждый клоун несет свою краску в общий котёл. А опасения, конечно, есть, потому что неизвестно, что будет, и как на это реагировать. Придется ориентироваться по ходу ситуации. Есть опасение, будет ли это достаточно интересно для зрителей. Хочется, чтобы это было весело и ярко.

Скрипачева: Есть небольшие опасения, потому что соло-клоун, по себе знаю, — это человек, который может сделать все сам. Ему не нужна большая команда. А так как нас трое, необходимо сделать так, чтоб мы не были «лебедь, рак и щука» и работали вместе, слушали друг друга. Я думаю, мы найдем точки соприкосновения.

Артем, вы заявляете о себе как о клоуне-эксцентрике. Что это понятие в себя включает?

Малков: Эксцентрика – это необычные способы поведения, исполнения или взаимодействия с чем-либо или кем-либо, имеющие комедийный или пародийный характер. Цирковая эксцентрика подразумевает работу с предметами, то есть в ход идут цирковые жанры: жонглирование, фокусы и так далее. Кроме того, по возможности (и по способности) встречается и комическая актерская игра – то, что я использую как клоун-эксцентрик в своей работе.

Еще у вас в программе заявлены комические фокусы. Что они из себя представляют?

Малков: Это как раз то же самое. То есть фокусы в шуточном варианте. Такой фокус-шутка. Визуально выглядит, будто действительно что-то произошло. Затем секрет быстро разоблачается, все оказывается очень просто, и от этого становится смешно. Фокус-опровержение. Или, например, все видят, что фокуса нет, но актер всем своим видом показывает, что чудо невероятное произошло. Так как все видят, что чуда не было, от этого и рождается юмор.

Малков: Он вовлекает всех в эту игру, и зрители начинают верить, что он действительно творит чудеса и делает фокусы.

Какая у ваших выступления «визитная карточка»?

Дементьев: Как таковой «визитной карточки» нет. «Визитная карточка» обычно нарабатывается годами, и про нее могут сказать только настоящие корифеи. Например, вышел Олег Попов, и все, «визитная карточка» – это его «солнышко», которое он собирает. Или атрибутика костюма. А пока ты ещё ищешь, то сложно сказать, что конкретно является «визитной карточкой». Вот последний номер, который я эксплуатирую – это «Цветочек». Он лирический, про любовь. Лирическая влюбленность – вот, наверное, моя визитная карточка.

Малков: У меня есть такой сценический ник — «Метелкин», потому что я начал свой творческий путь с жонглирования китайскими палочками. Я делаю это в образе портье с метелками, то есть вот такое жонглирование в шуточном варианте. От этого я в дальнейшей деятельности оттолкнулся, это моя «визитная карточка».

Скрипачева: Своей «визитной карточкой» я бы назвала номер «Сварщица», потому что он первый. От него все пошло. Суть номера в том, что женщина в халате выходит на сцену, начинает собираться, краситься, наводит полный марафет… Потом красотка надевает костюм сварщика и сварочную маску, то есть закрывает всю прелесть наглухо. Это несет в себе то, что красота спасет мир и что она внутри, что каждая женщина хочет быть красивой, пускай под «сварочной маской» этого никто и не увидит.

Дементьев: Есть многие клоуны, которые всю жизнь работают, но «визитной карточки» так и не находят. Зато в основном свою уникальность стараются отображать в костюмах.

Чем среди других направлений вас «зацепила» именно клоунада?

Малков: Есть такая версия, что клоунада помогает решить внутренние проблем». Смех эти проблемы нейтрализует, то есть клоун излечивает сам себя, смеясь над собственными трудностями и заблуждениями, и зритель, сопереживая ему в этом, тоже испытывает облегчение. Именно таким образом трудности и напряжение перестают быть такими значимыми и теряют свою силу. В этом прелесть и сила смеха и юмора, что любую «проблему» можно освободить.

Скрипачева: Мне с достаточно раннего детства говорили, что я взрослый и серьезный человек. Я до 18 лет так и жила с тем, что я взрослая и серьезная. А мне хотелось бегать и прыгать. Вот будто какая-то пружина внутри сдавливалась, а затем ее прорвало. Мой персонаж – это женщина, которая старше меня раза в два. То есть я играю ее как бы такой, какой я должна быть по мнению людей, а дальше этот персонаж развивается именно в клоунской ипостаси.

Малков: Повод для клоунады – некое несоответствие желаемого (искомого) и действительного, то есть конфликт, который разрешается комическими способами.

Скрипачева: В то же время у клоуна есть потребность смешить. Это всегда было априори.

Дементьев: У многих это, как у меня, закладывается в детстве: я в классе быть самым маленьким, плохо учился, поэтому всех смешил. Меня сначала сажали на заднюю парту, тогда весь класс сидел спиной к доске. Вот меня и посадили вперед, и я с третьего класса всегда сидел на первой парте с девочкой-отличницей. Меня все любили, но при этом я и с хулиганами дружил. Клоуны ведь очень коммуникабельны.

Какая у ваших спектаклей аудитория?

Скрипачева: Клоунада должна быть понятна всем слоям населения. Ребенку трех лет, например. Придет, например, семья «от мала до велика», но каждый поймет суть, увидит что-то свое и будет смеяться над чем-то своим. Наша задача – понять главные проблемы людей и с ней работать.

Малков: Как сказал известный клоун Лео Басси, сегодня, в век компьютерных технологий, функция клоуна в обществе особенно важна, так как необходима непосредственная живая коммуникация между людьми.

Как получилось, что вы все оказались в одной команде шоу «Два ведра»?

Дементьев: Все очень просто: Тёма позвал.

Малков: У меня спросила замечательная ведущая этого шоу Вера Фомина, кого бы я смог предложить. Я сразу вспомнил про ребят. Думаю, мы собрались хоть вроде бы и спонтанно, но, конечно же, совсем не случайно: кармические и дружеские связи, видимо, действуют!

Скрипачева: У меня тоже спросила Вера. И я тоже порекомендовала Артема Малкова.

На шоу вы будете сами собой или станете использовать грим, атрибуты?

Дементьев: Я думаю, мы будем собой, потому что, когда ты надеваешь носик или подводишь глаза, то это уже какой-то штамп поведения. Ты уже не можешь выйти из образа. А это не всегда удобно, потому что мы не знаем, что будет и что от нас потребуется. А менять образы под каждый конкурс – это сколько с собой реквизита нужно брать? Мы постараемся своими творческими способностями привнести всю атрибутику и грим.

Малков: Будем брать «естеством», как говорит один очень хороший клоун.

Скрипачева: Иногда ведь достаточно одной детали. Не обязательно переодеваться целиком, да и вообще, в принципе, внутренне самочувствие – это главное. Ты клоун и без костюма, внутри. Мы как раз раскроем себя такими, какие мы есть в жизни.

Беседовала Дарья Веркулич / ИА «Диалог»

Ваш email в безопасности и ни при каких условиях не будет передан третьим лицам. Мы тоже ненавидим спам!
волк змея ну погоди
Как это?

Гипноз

11 января 2018
Репортаж
masterplace танцы
Сложные слова

Паппинг, дансхол, вог

10 января 2018
Партнёрский материал
алкоголь похмелье опьянение пьяный алкоголизм
Что к чему

Как избавиться от похмелья

24 февраля 2017
Инструкция