14 °С
Новости Все новости

Ситуация

11 мая 2015 | 17:00

Параллельно с продовольственными проблемами появились трудности и у реального сектора экономики. За год индекс промышленного производства в Петербурге упал на 8,2%, о чем в рамках отчета в апреле текущего года заявил губернатор Георгий Полтавченко. Вместе с тем, в Смольном официально заявляли, что реально работающие предприятия сократили производство на 3%, что куда меньше потерь, последовавших в 2008 году после «тучных лет»…

Рейтинги

Прошлый год и ухудшение экономических показателей у России в целом отразились на международных кредитных рейтингах Петербурга. Так, в сентябре агентство Standard&Poors подтвердило долгосрочный негативный прогноз по кредитному рейтингу города, однако сохранили его на уровне bbb. Несмотря на ряд хороших показателей — «удовлетворительное» качество управления финансами, «сильные» финансовые показатели, «очень сильные» показатели ликвидности, «очень низкий» уровень долговой нагрузки и «очень низкий» объем условных обязательств, прогноз оказался негативным из-за плохих общероссийских перспектив.

Через полтора месяца, в конце октября, коллег из S&P «поддержали» в Moody’s: специалисты понизили долгосрочный кредитный рейтинг Петербурга до уровня Ваа2 с негативным прогнозом. В январе 2015-го рейтинги города продолжили свое падение, в СМИ писали о «мусорных» показателях города. Так, Moody’s понизило долгосрочный кредитный рейтинг Петербурга и рейтинг долговых обязательств до уровня Baa3. До этого рейтинг города обозначали как Baa2 с негативным прогнозом. Масла в огонь подлили и эксперты Fitch: долгосрочные рейтинги Петербурга в иностранной и национальной валюте упали до bbb-.

К слову, на одном из заседаний в Смольном, говоря о важности работы реального сектора в Петербурге, губернатор Георгий Полтавченко пренебрежительно отзывался о западных агентствах.

Что подорожало

Начиная с первых западных санкционных шагов, промышленники недосчитались денег (как только рейтинги страны стали ухудшаться). Выдача кредитов в крупных банках стала приостанавливаться, вверх поползли цены: вскоре после ввода эмбарго резко подорожали курица и свинина (на 25% относительно показателей начала 2014 года). Власти заговорили о заморозке цен на основные продукты питания: в частности, на хлеб, макароны и крупы. В Петербурге, например, «О’Кей» договорился с городом не повышать цены на ряд товаров в течение полугода. Тем не менее, цены практически на все товары (и даже на «основные») растут почти везде. Так, в одной из сетей гипермаркетов в Петербурге килограмм бананов в декабре-январе стоил около 110 рублей, а говяжья вырезка — около 700-800 рублей. В конце 2014 года стали бить тревогу и импортеры алкоголя: вина, ликеры и крепкие напитки взлетели в цене на 60-70%, как только поставщикам пришлось закупать продукцию по высокому курсу евро, перевалившему за 80 рублей.

Нелегко пришлось и тем, кто регулярно покупал спортивное питание, спортивный инвентарь, одежду иностранных фирм, а также лекарства. Известно, что протеины, жиросжигатели и различные добавки для физкультурников, будучи и без того недешевыми и по большей части импортными, многим стали куда менее доступны. Любителям зимних видов спорта в высокий сезон пришлось отказаться от любимых заграничных курортов, однако дешевизны от трасс в Хибинах, Шерегеше, Сочи и даже в Ленобласти ждать не довелось — цены поднялись везде в связи с возросшим спросом. И если в прошлом году про-модель горнолыжных ботинок стоила около 25 тысяч рублей без сезонных скидок, то в новом сезоне 2014-2015 покупать аналогичную, пусть и более новую модель, пришлось за 40-50 тысяч рублей. В России, к слову, ничего подобного не производят.

Параллельно с продовольственными проблемами появились трудности и у реального сектора экономики. За год индекс промышленного производства в Петербурге упал на 8,2%, о чем в рамках отчета в апреле текущего года заявил губернатор Георгий Полтавченко. Вместе с тем, в Смольном официально заявляли, что реально работающие предприятия сократили производство на 3%, что куда меньше потерь, последовавших в 2008 году после «тучных лет». На этом фоне руководство города предписало подчиненным: в госзаказе должен быть приоритет для региональных и остальных российских производителей, а на рынке должны быть созданы условия для областных фермеров.

 

info-01

Планы спасения

Выправить ситуацию с сельхозпродукцией Петербург намерен с помощью инновационного распределительного центра «Агрополис». Строительство объекта недалеко от аэропорта «Пулково» началось еще в прошлом году, сумма инвестиций — 25 млрд рублей, окупаемость — около 8 лет. Ежегодные налоговые отчисления в бюджет составят 2,5 млрд рублей. Согласно концепции проекта, в «Агрополисе» оборудуют высокотехнологичные павильоны для торговли рыбой, мясом, овощами, фруктами, птицей. Не обойдется и без прилегающих к комплексу контрольных зон, в которых продукцию будут проверять на безопасность. Учтена и сфера услуг: резидентам и посетителям помогут с разгрузкой и погрузкой транспорта, обеспечат автосервис, банковское обслуживание, оборудуют точки общепита.

«Такой центр востребован предприятиями перерабатывающей промышленности. Его создание необходимо для выполнения поставленных руководством страны задач по импортозамещению в продовольственной отрасли», — заявил губернатор Георгий Полтавченко, когда давал старт стройке.

Добавим, частные инвесторы «Агрополиса» создают центр при поддержке французских консультантов — рынка Rungis, который является крупнейшей в мире площадкой по торговле фермерской и сельскохозяйственной продукцией. Вдобавок, Rungis еще и мировой лидер по объемам продаж в своем сегменте: есть шанс, что советы французов помогут организовать в городе действительно востребованный и функциональный центр. Первая очередь проекта площадью в 100 тысяч квадратных метров будет сдана уже в 2016 году, а полностью его введут в эксплуатацию через пять лет. Общая площадь коммерческого пользования на тот момент достигнет 400 тысяч квадратных метров. Планируется, что на предприятии будут трудиться около семи тысяч человек (мигранты это будут или россияне — уже другой вопрос).

Что касается других сфер, к лету в Петербурге должен заработать Фонд поддержки промышленности. На его нужды из бюджетных средств выделили 1 миллиард рублей. Как справедливо заметил вице-губернатор города Сергей Мовчан, сумма далеко не астрономическая.

«Понимаете, миллиард, с одной стороны, цифра колоссальная, а с другой — сегодня это не очень много», — сказал чиновник на апрельском заседании Промышленного совета.

Ориентирован фонд будет на «оборонку». Поддержка будет осуществляться по двум направлениям. Во-первых, предприятиям будут предоставлять гарантии для участия в государственном оборонном заказе. Во-вторых, средства Фонда разместят в крупных банках по ставке рефинансирования. Таким образом, промышленники смогут получать кредиты по льготной ставке около 12% годовых.

Если говорить о малом бизнесе, здесь Смольный пошел на ряд льгот и упрощений. Так, в феврале в КУГИ объявили о возможности для предпринимателей продлить срок аренды земли под торговые точки на три года. В марте комитет и вовсе пообещал не повышать ставку по аренде земельных участков до декабря 2015 года и понизить коэффициент переиндексации арендной платы госплощадей. Помимо прочего для владельцев автолавок по продаже хлеба, молочной, мясной и рыбной продукции установили льготную ставку: в 51 копейку за квадратный метр в год.

Что говорят эксперты

Как полагает научный сотрудник Леонтьевского центра Лев Савулькин, новости о том, что к импортозамещению промышленников вынудили власти — неправда, поскольку это противоречит законам рыночной экономики. Вместе с тем, ситуация с заменой импорта на отечественные аналоги тяжелым грузом ложится именно на плечи потребителя, уверен эксперт.

«Импортозамещение — это не какая-то команда, которую можно дать производителям, и они ее воплотят. Если это так, то у нас не рыночная экономика, а какая-то другая. На мой взгляд, производители ведь сами в связи со сложившейся обстановкой на рынке реагируют на нее, неся издержки, и, в случае, если они оказывают необходимые потребителям услуги, продают необходимые им товары, то получают за это прибыль. Если этого не происходит, то они несут убытки и разоряются. Но импортозамещение ради импортозамещения как задача может осуществляться только за счет потребителя. И никак иначе. Теряет потребитель: он ограничивается искусственно от приобретения более дешевых и качественных товаров в сторону менее дешевых и менее качественных товаров», — подчеркнул Савулькин.

Экономист добавил, что в России представление насчет ограничения импортных поставок связано только с конечным продуктом. Например, те, кто делает хлеб, закупают дрожжи и другие добавки. Чаще всего эти ингредиенты намного более качественные в других странах, а не у нас, поэтому, закупая их вынужденно в других местах, они теряют в качестве хлеба.

«У нас многие вошли и успешно закрыли какие-то рынки — и неважно, хорошего качества товар, или нет. Просто производитель вошел в дефицитный сегмент, вполне вероятно, с низкокачественным товаром. Другого ведь нет — и его раскупают. Я говорю не только про продовольствие. Поэтому печально, когда на рынок не может войти иностранный производитель по искусственным причинам, а не потому, что отечественный производитель может составить ему настоящую конкуренцию», — сетует Савулькин.

Мнение специалиста Леонтьевского центра не разделяет глава петербургского Совета по развитию малого предпринимательства Елена Церетели. Она уверена, что в определенных нишах петербургские производители могут дать фору конкурентам с Запада. По ее мнению, это касается многострадальной сельскохозяйственной сферы, производства молочных продуктов… «Кроме сыра», — поспешила отметить Церетели.

«Сам процесс импортозамещения, объявленный государством, не может не приветствоваться. Вопрос в том, что это не может случиться просто потому, что курс объявили, и завтра все «импортозаместится». Есть реальные возможности и ситуация: в определенных нишах импортозамещение в одночасье случиться в принципе не может. Где-то оно даже невозможно, потому что потеряно время. Те сферы, которые, прежде всего, могут быть задействованы в импортозамещении, касаются потребительского рынка. Это производство продуктов питания, продуктов, которые исторически производились в Петербурге и Ленинграде. Такие предприятия могут не просто замещать, они могут выдать товары более высокого качества, нежели присутствовавшие ранее на рынке зарубежные аналоги», — уверена эксперт.

Как с сожалением подчеркнула Церетели, пока что без комплекса необходимых мер российский производитель никуда не сможет «вырваться». По ее словам, для наращивания объемов производства нужны недорогие кредиты, недорогая аренда помещений, максимальный (возможный на сегодня) доступ к финансовым ресурсам и разнообразные льготы.

«Если разговор идет о строительстве или расширении каких-то мощностей, то нужны объемы, а для них нужны преференции в приобретении земли или каких-то помещений. Аренда, опять же, льготная, или субсидии затрат. Все касается вопросов налогообложения. Мы настаиваем на том, что, если федеральный законодатель дал право регионам максимально использовать налоговые каникулы, их надо использовать. И не для одной отрасли, а для всех отраслей, которые есть у нас, включая бытовые услуги. В общем, работать надо над тремя аспектами: финансами, доступом к помещениям и земле, а также над субсидированием и доступом к рынкам сбыта», — добавила она.

Так, Елена Церетели полагает, что помочь бизнесу в городе действительно хотят, пытаясь совместить большой бизнес с малым с точки зрения локализации. В роли больших коммерсантов выступают государственные унитарные предприятия с большими же ресурсами. Вдобавок, Смольный пытается сделать максимальной для малого бизнеса квоту на госзаказ — 15%.

«Но это не случится за один год. Главное, чтобы все не закончилось с ростом цен на нефть, чтобы не возник соблазн не напрягаться, когда все стабилизируется. Где-то уже сворачиваются антикризисные программы, но у нас город, к счастью, идет в рамках принятых решений, которые в начале года озвучило правительство. Самое важное: к нам идет поток людей, которые пытаются создать что-то новое, а не просто свести концы с концами в тяжелые времена. Они понимают, что настали времена, когда появился шанс стать более успешными, нежели это было ранее. Потому что сегодня власть повернулась лицом к российскому производителю, и, дай бог, чтобы не произошло обратное», — подчеркнула Церетели.

При этом эксперт полагает, что изменения у руководства города и «простых» петербуржцев произошли на «ментальном уровне»: после осознания, что на уровне продовольственной безопасности людям может быть нанесен серьезный урон вследствие уязвимости и зависимости от импорта. Поэтому и власти, и крупные ритейлеры вряд ли пойдут на попятный, когда эмбарго будет снято, чтобы все болезненно нажитое было бесследно потеряно. Однако соблазн достигнуть большего с меньшими затратами обязательно будет, добавила Церетели.

info-02

Свою оценку ситуации с машиностроением и тяжелой промышленностью в северной столице дал президент НИУ ВШЭ в Петербурге Александр Ходачек. Он рассказал, кому оказалось нелегко справляться с технологиями импортозамещения.

«Практически всем отраслям машиностроения, которые использовали импортные комплектующие. Это касается запасных частей, радиоэлектроники, основ для лекарственных препаратов. Эти предприятия оказались в сложной ситуации, особенно в том, что касается технологий двойного назначения. Запрет был наложен, но сами-то мы не все можем производить, и пока идут заключения контрактов с третьими странами, которые производят то, что мы не можем сделать. Что касается оборонно-промышленного комплекса и отраслей строительства, которые используют импортные материалы, — там все более нормально», — пояснил Ходачек.

По словам экономиста, в городе постепенно налаживается производство аналогов импортных материалов, однако остается большое количество закупленной ранее на Западе техники, которая, в частности, требует гарантийного обслуживания. Там сложнее — стоимость комплектующих в рублевом эквиваленте увеличилась, а ряд компаний отказались поставлять некоторые детали и допоборудование.

«В таком случае мы, естественно, должны переходить на отечественную технику — это касается и уборочной техники, в системе ЖКХ, и систем обслуживания «Водоканала», — подчеркивает собеседник агентства.

(К слову, не так давно — в апреле — глава петербургского «Водоканала» Феликс Кармазинов заявил журналистам, что в импортозамещении предприятие не особо нуждается: доля отечественных разработок там стремится к 100%. Это вызвало легкое недоумение у представителей прессы, однако руководитель предприятия отказываться от своих слов не стал).

Отметим, волну импортозамещения после распоряжения Полтавченко подхватил экс-министр регионального развития, вице-губернатор Петербурга Игорь Албин. Уже к концу февраля комитет по энергетике и инженерному обеспечению подготовил каталог, где перечислил материалы и оборудование, применяемые в городском ЖКХ. В него вошли котлы и теплообменные препараты из Подольска, продукция «Бийского котельного завода» с дымососами, фильтрами и экономайзерами, а также задвижки и затворы из Петербурга. Каталог пригодится комитету при реализации инвестпрограммы текущего года.

***

В принципе, при желании, постепенных мерах и правильном подходе прогрессировать с импортозамещением смогут все отрасли петербургской промышленности. Однако, как недавно сказал президент Владимир Путин, «замещать» «все подряд» все-таки не стоит.

Текст подготовила Полина Полещук, инфографику — София Ламанен / ИА «Диалог»

Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

Ваш email в безопасности и ни при каких условиях не будет передан третьим лицам. Мы тоже ненавидим спам!